TRANSFORMATION, Даши Намдаков

Меньше года назад Даши Намдаков приезжал в Красноярск, и тогда в очередной раз состоялся разговор о желании администрации края и руководства СФУ разместить где-то на берегах Енисея работу всемирно известного скульптора. Идею обсудили в самых общих чертах. Хотя Даши вынашивал её давно, никто не знал, включая самого художника, что это будет, где и когда; заручились лишь принципиальным согласием сторон. Но спустя всего 7 месяцев, в феврале 2019 года, готовая скульптура (и на сегодняшний момент, кажется, это лучшая, самая необычная и глубокая работа мастера) была установлена в кампусе Сибирского федерального университета. Резонанс события превзошёл ожидания, ведь, помимо красноярцев, работу сразу смогли увидеть тысячи людей со всего мира — участники и гости Универсиады.

Скульптура расположена на территории кампуса СФУ (пр. Свободный, 79) и открыта для посещения в любое время.

Предыстория

С Красноярском Даши Намдакова связывает немало: он здесь учился, окончил Красноярский государственный художественный институт, здесь встретил своего Учителя — Льва Николаевича Головницкого, народного художника РСФСР, который вместе со своей женой Энрикой Эмильевной практически принял одарённого парня из Бурятии в свою семью. Глубоко интеллигентный человек и яркий педагог, Лев Николаевич не стал ломать самобытный талант под академизм (что непременно сделали бы, скажем, в институтах Москвы и Питера), и это принесло свои плоды.

О роли Льва Головницкого в своей жизни Даши рассказывает так: «Он меня любил. Я его любил. Он приносил мне книги из личной библиотеки. И мы с ним просто окунались в эпоху. Я помню, мы в Ассирии летали на колесницах, отстреливались от львов, успевали фараона защищать... Мы погружались в разные эпохи. И он персонально занимался только мной. И ещё говорил: пройдёт лет пять, и ты только тогда начнёшь понимать, о чём мы сейчас с тобой говорим. И прошло много лет, я сидел в Британском музее напротив ассирийских рельефов и вспоминал Льва Николаевича с благодарностью. Я не знаю ни одного из моих коллег, окончивших разные вузы страны, с кем бы так исключительно занимались. Педагог раз в неделю придёт, пожурит тебя… И если бы так — у меня всё могло быть по-другому».

Итак, желание сделать работу для Красноярска присутствовало много лет, поскольку отвечало давно сформированной внутренней потребности: отдать дань городу, который воспитал его как художника. И в Красноярск Даши Намдаков вернулся сначала выставками. В 2003 году он участвовал в Красноярской музейной биеннале, в 2014-м — привёз персональную выставку «Ностальгия по истокам. Вселенная кочевников Даши Намдакова». Год назад в особняке Гадалова открылась его выставка «Сибирь. Преображение». Уже состоявшийся как мастер Даши вновь увидел город, пришёл в родной институт, посмотрел скульптурные мастерские, познакомился с ребятами-выпускниками, пригласил их работать к себе в студию (некоторые так и сотрудничают с Даши). Главный архитектор города той поры Андрей Макаров показал некоторые перспективные площадки, которые могли бы быть интересны для ландшафтной скульптуры...

По-прежнему привязка к природе и Енисею являлась основной, и потому Даши начал работать… над образом таёжного Лося, выходящего к реке. Затем создал многофигурную композицию-эскиз, в которой были и образ Байкала, и реки Ангары, текущей из озера к Енисею, и сам могучий Енисей в виде античного героя — обнажённого юноши, сидящего на прибрежных валунах...

Год назад о проекте для Красноярска сам Даши говорил так: «Эта тема безумно мне интересна, это тема моя, и я готов в неё погрузиться. Конечно, это будет не „Царская охота“. Я изменился как художник, сейчас чувствую себя на пике формы, и если буду что-то делать, то совсем другое. Кто мы, сибиряки, по большому счёту? Европа или Азия? Этот вопрос и всей России касается. Где ответы?»

Возможно, за этим сюжетом (воплотить образ Енисея) есть будущее, но прекрасное место, выбранное для размещения скульптуры (опушка в окружении сосен на въезде в кампус Сибирского федерального университета), запустило творческий процесс в иную сторону, изменив планы автора. И он предложил два образа: «сфинкса», охраняющего Храм науки и образования, и сибиряка, живущего испокон веков в условиях суровой природы и осваивающего эту землю как свой дом.

В ходе обсуждения последнее эскизное предложение стало основой для рождения того образа героя, древнего охотника и мыслителя, который теперь воплотился в бронзе. Кстати, первоначально работа так и называлась «Мыслитель», и это вроде бы подходило и образу, и университету, а перекличка со знаменитым роденовским творением дала бы нескончаемую пищу для построений искусствоведов. Но идея Намдакова реализовалась в нечто иное.

Описание работы

Автор обращается к теме «человека как центра мироздания», идя вслед за классическими образами и используя особую архитектонику стиля для передачи мощных «вулканических» энергий в преодолении природной стихии и построении гармоничного мира.

Скульптура представляет собой условный портрет человека в головном уборе в виде черепа хищного животного, с ушками и глазницами. Крупные черты лица с правильными пропорциями и выступающим подбородком, нахмуренные брови демонстрируют твёрдый характер и волю. Кажется, что перед нами реконструкция внешнего вида древнего обитателя сибирской тайги, охотника и рыболова, мага и философа, оставившего таинственные знаки-символы на стенах пещер.

Но композиция скульптуры, конструирование формы отличает особый стиль и фантазия: художник создаёт своё произведение из каменных глыб, валунов и плит, только отлитых в бронзе. Ещё работая над карандашным эскизом, автор, как бы отталкиваясь от реальной картины окружающей природы, обогатил композицию, сделав героя частью скального массива. Впоследствии Даши преобразовал каменные валуны у основания головы героя в артефакты мировой культуры, которые также были созданы из разных каменных выходов, то есть самой природой, только доработаны руками древних мастеров разных времён и разных цивилизаций. Герой скульптуры как мегалит высечен из камня, он — часть ландшафта, создатель, преобразующий пространство сурового мира.

Автор рисует нам синкретический образ и предка, и современного «универсального» человека в звериной маске-шапке. Для раскрытия темы художник создаёт внутри объекта — головы своего героя — пространство пещеры, в которой совершаются открытия: на стенах и потолке её размещены картины жизни прежних и сегодняшних обитателей края. Бегущие лоси, плывущие на месяце рыбаки, охотники с луками, шаманы с бубнами и «пришельцы» в масках рассказывают нам о духовной культуре, созданной до нас и для нас.

Часть каменного основания сформирована из артефактов — объектов культурно-исторического наследия всего человечества. Зритель узнаёт образы египетского сфинкса, индийского божества милосердия, китайского дракона, кентавра… Солярный знак древних славян и золотые бляшки в виде «шагающих тигров» пазырыкской культуры Южной Сибири растекаются по верхней части головы гиганта.

В этом сюжете заключена интрига произведения, его тематическое наполнение и желание автора усложнить прочтение основного образа героя.

Сравнительная хронология изображённых памятников художественной культуры приводит нас к выводу об их сосуществовании в одном мировом пространстве, о единой картине мироздания и человека сегодняшнего дня, получившего в наследство эту красоту: природу и уникальное искусство.

Исполнение и технология

Эскиз был вылеплен в реальном масштабе (высота 3.80, ширина 3.20, длина — глубина 4.90) в мастерских художественного литья в столице Бурятии городе Улан-Удэ, где был создан, кстати, и «Хранитель Байкала» (другое название «Байкал-бовее», что означает «Отец Байкал»).

В Бурятии скульптура была и отлита (вес — около 8 тонн), и это говорит о качестве местного художественного литья, ведь пластика Даши очень сложная по конструкции и поверхностному декору, и до сих пор только итальянцам из Пьетрасанта удавалось справиться с поставленными скульптором задачами. Таким образом, можно говорить о том, что мы являемся свидетелями развития региональной культуры, в том числе в сфере творческих технологий.


Нельзя не упомянуть и о большом коллективе исполнителей: работа была осуществлена с помощью команды мастеров студии Даши и мастерской «Лотос» в Бурятии. Первые помогали автору в лепке, вторые — в литье. Кроме того, многие специалисты — архитекторы, археологи, культурологи, историки, педагоги — консультировали Даши в период развития образа: какие изображения, надписи, свидетельства культур должны и могут стать частью композиции.

Трансформация — это изменение вида

Работа TRANSFORMATION знаменует новый этап в творчестве Даши Намдакова. Если «Чингисхан» в центре Лондона — своеобразный творческий эксперимент и культурное завоевание мировой столицы, «Царская охота» в Кызыле — дань уважения великой цивилизации предков, «Хранитель Байкала» — таинственная связь с глубинными хтоническими истоками собственной сущности, то TRANSFORMATION — воплощение внутреннего мира художника, вобравшего в себя достижения всех мировых культур и цивилизаций. И для красноярцев очень ценно, что источником вдохновения мастера стала природа нашего края, великий Енисей и удивительные, смелые люди, осваивавшие эту землю.

Понятие «трансформация/преображение» проходит красной нитью через творчество художника. Так называлась выставка в Москве и в Иркутске в 2011 году, во Флоренции в 2015 г. Но в работе TRANSFORMATION название символизирует не просто творческий принцип, а само существование человека в историческом процессе. Не случайно работа предполагает некий интерактив. Невысокий постамент произведения позволяет зрителю не только внимательно осматривать основной образ и детали, но и входить внутрь искусственной «пещеры», сидеть на «троне» и самому становиться исследователем исторического прошлого.

Анастасия Кистова, заместитель директора по научной работе Красноярского художественного музея им. В. И. Сурикова, кандидат философских наук, так объясняет смысл работы: «Именно трансформацию, перерождение, развитие и преображение разных культурных кодов в единую матрицу жизни мы видим в этом путешественнике и мыслителе. Скульптура не только даёт возможность сопоставить древнеегипетскую, древнеиндийскую, античную, сибирскую и другие культуры, она создаёт возможность для уединения (внутри есть пространство, похожее на пещеру с древними наскальными рисунками), размышления и собственной трансформации».

Ну, а название на латыни делает скульптуру общезначимой, «читаемой» всеми народами, знающими мировую культуру.

Нет, не «мыслитель», но иной, ещё неведомый избранник

В монументальной TRANSFORMATION практически нет этнических мотивов и знаков принадлежности к «Великой цивилизации кочевников» — то, что до сих пор было важнейшей составляющей творчества Даши Намдакова. Так что эта работа говорит и о трансформации самого художника.

Вот как оценивает скульптуру TRANSFORMATION ректор Сибирского государственного института искусств им. Дм. Хворостовского, доктор искусствоведения Марина Москалюк: «Аналогов монументу я не вижу ни у самого Даши, ни в целом в современной монументальной пластике. Композиция вызывает сложнейший круг ассоциаций. Во-первых, как сейчас принято говорить, региональный компонент: эти камни — наши Столбы, они вырываются из-под земли с огромной тектонической мощью, на них вдруг проявляются петроглифы первобытных сибирских культур... Одновременно возникают ассоциации с информационной эпохой: как ящички, файлы и папочки открываются неведомые нам миры или то, что мы давно забыли и спрятали, или то, что подсознательно стучит внутри нас и требует выхода наружу. В одной композиции в художественном образе синтезировались и античная колонна, и вся мировая культура, и Азия, и Европа, и человек, и природная стихия… Голова, в которой происходит борьба, разрывы, открытия, обретения, представляется символом внутренней жизни современного человека. Мудрость и глубина содержания сочетаются с интерактивностью: с головой-глыбой можно и нужно общаться, входить-выходить, спорить и любить, наконец, духовно и физически прикасаться, чтобы почувствовать себя сопричастным мировой культуре».

Парадоксальным образом произведение конструирует архетип сибирской ментальности, который видится так: это мощное смешение культур, создающее монолитность и располагающее как к действию, так и к созерцанию. Новая работа Даши Намдакова кажется исчерпывающим ответом художника на современные вызовы и в то же время рождает новые смыслы.

Благодарим за помощь в подготовке материала кандидата искусствоведения Надежду Комарову и сотрудников Арт-Фонда Даши Намдакова

Торжественное открытие

Вы можете отметить интересные фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.